Точка зрения: развод как спасение личной жизни

1123

Однажды ты спрашиваешь себя: «Неужели люди могут любить друг друга двадцать лет? Три­дцать? ­Неужели все эти годы они сохраняют восхищение, ­нежность, уважение, интерес, сексуальное влечение?». Ты стыдливо оглядываешься назад и видишь все свои романы, которые как будто купила в магазине дешевой одежды, — уже на следующий сезон они выглядят совершенно непривлекательными. Тебе скучно, ты маешься, ты хочешь проводить время одна, ты уже без всякого стеснения и чувства вины говоришь: «Ой, ну давай не сейчас, я занята/устала».

ФОТО: Adriano Brusaferri

А потом вы с большим или меньшим драматизмом расстаетесь, и ты время от времени упоминаешь об этих отношениях просто к слову, рассказываешь, как о неком курьезе. Почти все родители знакомых самое меньшее во втором браке. Но иногда появляются вдруг люди, которые живут рядом долгие годы. Двадцать лет. Двадцать пять. Ты почти готова вступить в новую веру. Не то чтобы тебе самой этого хочется. Тебе, может, и не интересно это вовсе. Ну и ты знаешь собственную импульсивную и ветреную натуру — поэтому и приблизительные временные границы своих влюбленностей ты прекрасно представляешь.

Но ты веришь в то, что люди и правда как-то так выбирают друг друга, что живут вместе всю жизнь и выглядят при этом как счастливые. С одной стороны, верить во что-то, иметь идеалы вовсе не обязательно. Иногда это, наоборот, портит жизнь. Разочарования велики. Но все же не всегда приятно, когда дым иллюзий развеивается, — за всем этим кроются обычные ловкость и техника. Разоблачения — скучная история. Не обязательно знать, как устроен фокус, чтобы получать от ­него удовольствие.

Но с людьми так не выходит. Ты кем-то восторгаешься, но чем ближе узнаешь, тем отчетливее выступает та, другая сторона. «Жилая» зона. Однажды я была потрясена до глубины души, когда в Берлине, в новой квартире только что переехавших из Парижа друзей, обнаружила, что у них и спальни, и личные ванные тоже очень нарядные, с красивой мебелью. В Германии так не принято — в гостиной, кухне, прихожей тебе покажут и вкус, и благосостояние, а спальни будут настолько простые, что больше похожи на больничную палату в заурядной клинике. Недорогая мебель, какие-то противные шторы, шкаф-купе. И все либо бежевое, либо голубое — ну, чтобы не напрягаться с интерьером.

Вот так и некоторые пары. На виду они замечательные. Милые. Внимательные друг к другу. Счастливые. А потом подруга тебе говорит, что ее родители почти не общаются и что у них в анамнезе безобразное пьянство, домашнее насилие, бессмысленное упрямство. Все, что их объединяет, — панический страх перемен и совместная недвижимость, в которую вложено столько усилий, что есть ощущение, будто без нее ничего и не останется в жизни. Или вот ты влюбляешься в новых друзей, которые кажутся тебе идеальной парой (вместе двадцать пять лет). Они будто созданы друг для друга, понимают с полуслова, поддерживают и даже ругаются восхитительно — беззлобно и красиво.

Идеальные пары даже ­РУГАЮТСЯ ­восхитительно ­беззлобно

А потом ты вдруг видишь большую неудовлетворенность, усталость, обоюдное ощущение неправильного выбора, за который оба испытывают вину. Он старается удовлетворить все ее прихоти, капризы и требования потому, что зарабатывает сильно меньше; она старается смириться с тем, что вот у всех мужья предприимчивые и успешные, все подруги, хоть первым, хоть третьим браком, — за миллионерами, а она вынуждена быть главой семьи. И тебе вдруг становится холодно. Ты понимаешь, что эти люди, конечно, друг друга любят. Но они несчастны. Они вместе, им даже иногда очень хорошо вдвоем, но они ужасно далеки друг от друга и с каждым днем становятся все дальше, и очертания расплываются в тумане.

В жизни иногда бывает непонятно, в какой точке сходятся люди. Вроде бы у него все отлично, хорошая работа, и у нее тоже — зарабатывают примерно одинаково. Но, допустим, для нее это начало, а для него — предел возможностей. И вот какое-то время они на одной волне, а потом он начинает снижаться, а она — подниматься. Но любовь все еще есть, и еще свежи воспоминания о том, как было невообразимо хорошо. К тому мгновению, где пути расходятся, люди могут обзавестись детьми, ипотекой, еще какими-то обязательствами или планами. Очень трудно резко затормозить грузовик, если летишь с горы на скорости 150 км/час. Он перевернется. При разводе каждый точно знает, что выживет, но будут травмы, фантомные боли. А главное, что в очевидное сложнее всего поверить. Очень трудно взять и сказать себе: «Да, это конец». Человеку трудно смириться с тем, что еще вчера ты был безумно влюблен и ощущал бесконечную взаимность, а сегодня тебя ревнуют к твоим успехам, например.

читать дальше12
метки: 
семья, брак, психология, ELLE20лет

добавить в reading-listElle commentsFB comments0Елена Прокопьева21 ФЕВ, 10:12Дорогая редакция! Очень люблю Elle и уважаю вашу работу, но сейчас не могу ни возмутиться! После прочтения статьи "В постели с врагом" в журнале и здесь, на сайте, у меня остался один вопрос: куда мы катимся? В погоне за личным счастьем мы не считается ни с теми людьми, которым обещали быть верными, ни с детьми, ни с родителями, ни со своей душой. Ведь личное счастье — это девиз. Мы все должны быть счастливы и это счастье обязательно должно быть в общепринятых рамках успешности, обеспеченности, независимости и хорошей покупательной способности. Не разделяет муж/жена ваших убеждений, нет проблем, перешагиваем, идем дальше. И строим личное счастье с новым, более подходящим человеком до тех пор, пока и с ним взгляды и идеи не разойдутся. И так дальше и дальше. Дети должны подстроиться к переменам и тоже быть счастливы. А что получаем? Большое количество травмированных людей. Наши дети уже не знают другого пути, кроме как искать личную выгоду везде и всегда. Современный мир забыл о том, что такое семья. Мы даже не знаем как правильно стоить отношения, не подошел человек, меняем, авось со следующим получится. А о верности, хотя бы своему слову, уже никто не вспоминает, когда есть возможность заработать больше, добиться успеха, быть уважаемым большим количеством людей вокруг. Но это посторонние люди, и чего стоит это благополучие, когда страдают близкие люди, когда распадаются семьи. Крепкая семья — это труд ничуть не меньший, чем руководство компанией, и ничуть не менее важный, чем успех в карьере. Большинство несчастных, неудовлетворенных, уставших от отношений пар просто не хотят поработать над собой. Ведь нам же всегда все должны. Муж должен шубу и хорошо зарабатывать, жена должна помалкивать и выглядеть на 20 даже через 20 лет отношений. А то что и мы должны отдавать, мы и знать не хотим. Что отношения нужно поддерживать, что нужно стараться узнавать друг друга вновь, мы же меняемся со временем, нам тоже знать не хочется. А хочется, чтобы волшебное счастье счастье окутало с ног до головы после одного лишь усилия: все поженились, теперь будем жить долго и счастливо, так в сказке было написано. А мы же все сказки хотим. А тот факт, что за сказку в отношениях ответственны двое, никто принимать не хочет. Это я хороший, а партнер плохой, не уважает, не ценит, не любит как раньше. В кризис нужно обращаться в первую очередь к себе и подумать, а все ли ты сделал, чтобы семья твоя была счастлива. Мы же видели за кого мы выходим замуж и на ком женимся, если конечно подумали о будущем общем счастье.
загрузка…Добавить комментарий

Источник

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ